Лицо Влада окаменело. Мне даже
показалось, что на его белых ресницах заблестели слёзы.
— Но с Лизой не надо было так, —
проворчал я. — Она очень мне помогла. Следовало хотя бы
объясниться…
Влад не ответил. Он продолжал
сидеть как истукан и смотрел прямо перед собой.
— А что за пятигранную карточку
тебе Орден предлагал за Лулу? — перевёл я тему.
— С помощью неё можно заказать
убийство пяти Квадро. Самый щедрый подарок Ордена из
существующих.
Я мысленно присвистнул. Вот это
да. Любые пять Квадро. Лулу и правда очень ценна для Ордена Убийц,
и вряд ли её перестанут искать.
— Ты отдал им Пернатого. Они
смогут сделать себе Чернокнижника шестой метки?
— Шансы мизерные. Змей не
полноценный зверь шестой метки. Но Орден об этом не
знал.
— О! — вслух воскликнул я. И
призвал Борю. Секунду назад я почувствовал, как он
проснулся.
Во вспышке в моих руках появился
поросёнок. На его боку виднелось три уродливых рубца.
— Хр-ю-ю-ю… — заревел
он.
Я прижал его к груди и
зашептал:
— Всё хорошо. Не бойся. Всё
позади. Нас спасли, Пернатый уродец умер, больше нет опасности. Не
плачь…
Влад отмер и повернул голову к
нам. Наконец, Боря успокоился. Он забрался мне на волосы и только
потом спросил:
— Мы где?
— Там, где тебя не должно быть,
плаксивая свинья, — раздался недовольный голос драконихи. —
Убирайся в свой свинарник, я тебе не давала разрешения сидеть на
моей голове!
— Ну, технически, он на моей
голове, — заметил я.
— Мы на летающем червяке? — с
восторгом хрюкнул Боря.
— Сам ты червяк! И семья твоя
червяки!
— Арина, успокойся, — Влад
погладил по рогу. — Он детёныш.
— В первый и последний раз, — зло
буркнула Арина. — Меня же дома засмеют, если узнают!
— А кто это говорит? —
поинтересовался Боря.
Я едва сдержал смешок, Арина
гневно зарычала.
— Нас спасли мой отец и его
призывной зверь – дракон Арина, — всё же решил объяснить я. — Лучше
поблагодари их. Они проклятие моё убрали, я теперь не
болею.
— А как твоего отца зовут, хрю? —
деловито спросил Боря.
— Влад Драгин.
— Спасибо Влад и
Ахрюна!
— Арина, — поправил я.
— Ахр-рюна!
Я не сдержался и громко
рассмеялся, упав на спину. Пока Арина ругалась, Влад молчал, а Боря
хрюкал, я смеялся до слёз. А когда успокоился, то почувствовал, как
внутри посветлело, что ли. Вечная тревога и переживания
рассосались, уступая место чувству свободы. Так легко стало на
душе.