– Везучий татарин, в любой обстановке готов спать! – хмыкнул Анти-поэт.
– Русский в кассах выспался! – сквозь дрему проговорил Рустам, не открывая глаз.
– Слишком часто останавливаемся, – беспокойно произнес Антип и обратился к машинисту, – Долго еще?
Машинист передернул плечами.
– Очень многословно…
***
Волна прилип к телевизору. Время неутомимо двигалось вперед, но до цели пути еще далеко. На экране молчаливые фигуры Рустама, Антипа и машиниста покачивались под стук колес.
Тишина в доме Алексея прерывалась лишь скрипом дорогих половиц – это Ждан и Белый, нервничая, вышагивали по гостиной. Испуганный Макс вжался в мякоть дивана, подтянув ноги к подбородку. Степан лениво переставлял здоровые литые шахматы, изображая спокойствие.
– Ну, что там, есть что новое? – в очередной раз спрашивал Михаил.
– Все тоже, – привычно отвечал Алексей.
– Что ж так долго-то? Видно хорошо?
– Нормально. Если бы Рустам еще фото не убирал, вообще было бы отлично. Можно ему это передать?
– Нельзя, – Ждан положил огромную лапу на плечо Волны, – Сколько раз повторять – связь односторонняя. Мы видим только через фото. Хорошо хоть уговорили взять его с собой… Время подходит к концу. Как бы нам их спрятать от стражи?
– Ты так и не объяснил, для чего им в Рассудово, кто этот казак и откуда он что знает, – проговорил Белый.
– Не сейчас, – отмахнулся богатырь.
Нервы на пределе. Сколько событий, сколько неприятностей. Что заставляет каждый семафор вспыхивать красным? Совпадение или чей-то умысел? Больше всего пугает другое: Ждан веками собирал информацию и готовил план восстания; никто кроме близких людей не знал деталей, да и он сам, еще совсем недавно понятия не имел о существовании Алексея и его друзей, но когда в Олове начали действовать, стража накинулась именно на Антипа и Рустама. Откуда узнали? От кого?
Странно, почему их не убили. Хотели усыпить, а значит остановить, но ведь куда проще подстроить «неприятность» и убрать друзей. Подобная белиберда никак не вязалась с привычной логикой.
– Почему их не убили? – вслух возмутился Ждан, больно стискивая плечи Михаилу и Волне.
– Ты как будто этим не доволен.
– Не то говоришь! Я очень доволен, но хочу понять… Ведь остановить пытались именно их, значит, знают кто едет. Ни стража, ни палачи не обладают особой гуманностью к врагам. Надо убить – убьют. Две смерти пройдут легко.