— Ну знаешь, от шампанского и конфет в твоей компании точно не
откажусь! А кормят здесь действительно вкусно.
Пока мы возле лифта стояли, в холл зашли кладбищенские. Пара
ребят, которые подошли к администраторше, чтобы взять ключи от
своих номеров. Оба, проходя мимо нас к лестнице, Лидку буквально
глазами сожрали, еще бы — платьице у нее было куда выше колена, а
ножки стройные. Аптекарша улыбнулась братве, а мужикам только это и
надо. Как школьники сразу расцвели, шеи повыворачивали. Отвернулись
только тогда, когда я на них в ответ строго зыркнул. У меня-то на
руке тоже кольцо кладбищенских надето было. Лидка, конечно, не моя
девушка, но как-то такое внимание пристальное к ее персоне
напрягает.
— Чего ты там им улыбаешься? — не сдержался я, переключая
внимание на аптекаршу.
— Подумаешь, улыбнулась, ты что, ревнуешь? — Лида глазки
картинно закатила.
— Просто спросил, — я плечами пожал.
Мы поднялись в номер, где открыли шампанское и конфеты.
Несколько минут я молча ел конфеты, а бокал выпил почти залпом. Не
то чтобы я ревновал, но пусть знает, что мне такие улыбочки не
нравятся. Потом же сама мне звонить будет, когда кто-нибудь из этих
братков будет ей по пьяни в номер ломиться. Лидка моей роже
кирпичом не придала значения и начала рассказывать о том, как
прошел ее сегодняшний день.
— Такой приятный человек твой начальник! Учтивый, внимательный,
— делилась она впечатлениями о Зауре.
Рассказала о том, какие Заур обрисовал ей задачи, и невинно
глазами захлопала.
— Я то думала, что-то серьезное колоть придется, а тут, по сути,
витаминки — мельдоний тот же. Да он в любой аптеке продается!
Я не стал говорить, что за тот же мельдоний в спортивном мире
может хорошо прилететь, например, через несколько лет
дисквалифицируют всемирно известного бойца Александра Поветкина.
Пусть сохраняет такой настрой, наверное, ей это нужно. Полтора часа
в ее компании пролетели незаметно. Мне не хотелось уходить, да и
Лида тоже была не против провести побольше времени, но время
подкралось уже к одиннадцати, когда я назначил встречу Мухе и
Рябому. Опаздывать было нельзя, чтобы не показывать пацанам плохой
пример. Поэтому с Лидой пришлось прощаться. Я чмокнул ее на
прощание в щеку.
— Может, сходим куда, Сереж? Я практически нигде не бываю и
схожу с ума в четырех стенах, — пожаловалась она.