Видимо, у нас в СССР в то время не
было не только секса (да-да, знаю, что фраза звучала по-иному, но
это уже устойчивый штамп), но и моды. Шито это чудо дизайна было,
видимо, на фабрике «Большевичка», а может и в местном ателье, я уже
и не помнил этого.
Но я решил свое путешествие не
отменять. Да и куда его отменять, если баржа форсирует Шексну?
Путь мой, по моим представлениям,
был направлен в сторону будущего аквапарка, который, как я полагал,
находился примерно в паре километров от моста к югу и немножко к
востоку. Я понимал, конечно, что действительность сильно отличается
от того, как мне представляется эта территория, но не ожидал, что
настолько. Меня встретила деревня. И рассчитывать на какой-то знак,
сигнал становилось всё меньше и меньше надежды по мере моего
блуждания по этой территории. Деревня, она и есть деревня.
Сколько помню, слева от причала,
если смотреть с реки, должна быть усадьба Гальских. В моем времени
— шикарный двухэтажный дом, с колоннами, балконами и прочими
атрибутами провинциального классицизма. У нас она считается
жемчужиной, наравне с домом-музеем Верещагиных и храмом Воскресения
Христова.
Так, а где усадьба-то? Неужели вот
этот зачуханынй двухэтажный дом, лишенный всякого намека на
изящество, и есть наша «знаменитость»? А куда девались колонны? Нет
запоминающихся резных балконов. Где эта штука, которая сверху? Как
ее правильно? Фронтон? Нет, фронтон у обычных домов, а это
портик.
Пожалуй, что это и есть старинный
дом, потому что вокруг либо сараи, либо амбары. М-да, никогда не
задумывался, насколько пришлось потрудиться реставраторам, чтобы
превратить халупу если не в дворец, то вкрасивый особняк.
Я уже вдоволь находился по разным
деревенским улочкам, намочил брюки в сырой траве и, честно сказать,
устал. А когда я третий, наверное, раз прошёл по одной и той же
улице, какая-то сердобольная старушка у калитки одного из домов
спросила:
— Ищешь кого, милок, али
заблудился?
Вот сейчас я ей отвечу, что ищу то,
чего нет и не скоро будет. А дальше? Поэтому вместо ответа я сделал
замысловатый жест рукой, который можно было расценить, как угодно,
и поспешно ретировался. Не заблудиться окончательно мне помогал
только торчащий в небе пилон моста
Я плутал по этим территориям,
совершенно для меня непонятным и даже загадочным. Было такое
ощущение, что я здесь впервые. Оно, может, так и было. Вспомнилось
японское стихотворение, когда-то прочитанное у Стругацких, кажется,
в «Миллиарде лет до конца света». За точность не ручаюсь, но как-то
так: «Сказали мне однажды, что эта дорога ведёт к океану смерти. И
я с полпути повернул обратно. С тех пор всё тянутся передо мной
глухие, окольные тропы».