– Лекса, нет! – не ожидая такой выходки, запоздало воскликнул оборотень.
А в следующую секунду Велиар неожиданно сделал выпад и, обхватив меня за талию, притянул к себе.
Я ахнула и уперлась руками в его грудь. От соприкосновения с холодной сталью, кожа невольно покрылась мурашками. Длинные роскошные пряди воина упали на мою зажатую полотенцем грудь, вызывая забавные щекочущие ощущения.
Я завороженно заглянула в кристально-голубые глаза и склонила голову. Все-таки не зря говорят, что глаза — зеркало души человека… ну, или не совсем человека. Чтобы понять, что он сверхъестественное создание, ему даже не нужно было, как Ардену, сверкать синевой. В этих радужках жила сама зима. Суровая, ледяная и… ой-ей!
Скованная доспехами грудь Велиара вдруг дрогнула. Он судорожно вздохнул и резко перевел взгляд на мою шею. Те самые красивые холодные глаза неожиданно налились рубиново-красным. От пылающих в них кровожадных помыслов у меня подкосились колени.
Не эльф он, а вампир, черт его дери…
– Мне говорили, как сладок человеческий запах, а я все не верил… – пробормотал будто сам себе.
Казалось, мужчина забыл обо всем на свете. Продолжая жадно внюхиваться, он опускался все ниже и ниже… А меня прижимал все сильнее и сильнее…
Похоже «задушить в объятиях» — это не метафора, а вполне возможная, ожидающая меня менее чем через минуту, реальность.
Но до того, как грубый орлиный нос коснулся моей кожи, вампира резко одернули и просто выкинули в другую сторону.
Картина над моей кроватью пошатнулась и упала на пол вместе с воином. Вслед за ними полетела настольная лампа и половина косметических принадлежностей с комода. Нежные бежевые цветочные обои посыпались и надорвались.
Загородив мне обзор на учиненный беспорядок, Арден склонился и коснулся моего предплечья.
– Ты в порядке?
Я сбросила с себя оторопь и раздраженно сузила глаза.
В порядке ли я? В моей милой чистой квартирке, разрушая все на своем пути и, в перерывах, пытаясь меня покусать или куда-то утащить, сражаются два негодяя. Это совсем не похоже на порядок.
Не успела я вылить на него свою гневную пламенную речь, улетел уже оборотень. В этот раз перевернулся сам комод. Придавив стул, он с диким грохотом сломал ножку и вывалил наружу все мои вещи.
С этой секунды начался полный разгром. Мужчины сцепились и буквально покатились по помещению, превратившись в клубок с мелькающими мечами, кулаками и черно-белыми шевелюрами.