И я действительно принадлежу ему в этот момент, потому что,
находясь в его власти не могу думать ни о чем другом, отдаваясь
этому человеку в эту секунду полностью, без остатка.
Мужчина легко подхватывает меня за чуть пониже ягодицы одной
рукой, так, что я словно вишу на нем на одной ноге, в то время как
вторая остается опущенной и, приподнимая над полом, несет в
гостиную, практически не отрываясь от моих губ.
Я чувствую себя невесомой каждый раз, как оказываюсь в его
объятиях, он как будто вообще не ощущает моего веса. Такой
огромный, такой мужественный… а я словно маленький зайчик, попавший
в плен волка. Бессильна и беззащитна…
Марк осторожно кладет меня на диван и пристраивается рядом,
нависая всем телом. Наверное, он может просто раздавить меня этой
грудой мышц, и поэтому не облокачивается, а держится на своих руках
и колене.
- Ника, - шепчет он, и я неуверенно киваю, потому что не
способна произнести ни слова.
Мужчина приподнимает мою футболку, ведя по коже разгоряченной
ладонью. Она настолько велика, что кажется, что обеими он может
обхватить меня полностью. От прикосновения кожа горит, но все
остальное покрылось мурашками и этот диссонанс заставляет меня
вздрагивать и брать дыхание лишь маленькими хаотичными
глотками.
Я закусываю губу, когда его руки начинают раздевать меня. От
смущения мне хочется сбежать, но я не то, что не могу двинуться, не
могу даже просто оторвать взгляд от его невероятных карих глаз, в
которых блестят желтовато-огненные переливы.
Моя футболка летит куда-то в сторону, оставляя меня лишь в
белье. А мужчина на пару секунд отрывается, приподнимаясь, и тоже
снимает с себя майку, отчего мне снова открывается вид его
невероятного мощного торса. Следов порезов уже не осталось – там
лишь скульптурно красивые линии и игра светотени, демонстрирующая
превосходную форму этого невероятно сильного тела.
А затем Марк снова склоняется надо мной, уже ближе, позволяя
нашим телам соприкасаться, хотя и не облокачивается на меня всем
весом. Его губы ласково касаются меня где-то в середине ребер,
заставляя выгнуться и судорожно выдохнуть. Я словно раскрываюсь
перед ним, и Марку нравится моя реакция, потому что он
удовлетворенно мычит что-то и ведет дорожку вверх, пока снова не
впивается в меня жадным поцелуем.
Не замечаю, как мои руки обвивают его спину, точнее пытаются
обвить, потому что обхватить его полностью просто нереально. И пока
он прижимает меня к себе, я в свою очередь тяну его вниз. Как будто
мы одновременно желаем слиться воедино.