Адекватный взрослый на моей стороне
закрывал много белых пятен в моем плане.
– Хорошо, Григорий! Тогда
помоги мне вот в чем: мне нужна обычная одежда, лучше бы не моя.
Харчи нужны. И деньги из моей куртки. Ты сейчас иди, найди
все, а часа через два жди меня в саду на заднем дворе. У тебя
ведь есть ключ от калитки?
– Есть, как не быть. Только вы,
Егор Николаич, поклянитесь, что не уйдете без меня.
– Клянусь, ей-богу
клянусь. – И я перекрестился.
Григорий тенью выскользнул из
палаты.
А я, кряхтя, как пенсионер,
встал с койки. В стенном шкафу нашлась моя повседневная
одежда, в которой меня, видимо, притащили сюда, и, главное –
нормальная обувь. Сбега́ть в ночь босиком мне не улыбалось.
Минуты текли, как песок сквозь
пальцы, но я помнил старую мудрость: «Торопиться – это делать
медленные движения без перерывов».
Поехали.
Раз: из мусорного ведра в углу
палаты извлекается пара использованных доктором перчаток. Да,
наверняка все будут знать, кто это сделал, но пусть еще
докажут.
Два: дверь в процедурную запиралась
на смешной замок, поддавшийся обычной гнутой скрепке, замеченной
уже давно в щели между досками.
Три: процедурная соединена с
кабинетом доктора обычной межкомнатной дверью, даже незапертой;
захожу.
Четыре: подхожу к рабочему
компьютеру Михаила Игнатьевича, включаю, ввожу пароль, записанный
тут же, на обратной стороне клавиатуры.
Пять: пока грузится комп, нахожу в
шкафу свою медкарту, складываю ее в найденный пакет.
Шесть: захожу в каталог медданных,
запускаю поиск по своей фамилии. Из архива вытаскиваю данные
первого попавшегося курсанта. Меняю свои данные на другие.
Семь: чищу логи, затираю следы как
могу.
Восемь: выключаю комп, аккуратно
удаляюсь тем же путем.
Девять: отключаю в щитовой автомат,
питающий сигнализацию. Пришлось повозиться.
Суки, я десять лет в безопасности
банка отработал. Здесь вам – не там.
Десять: по служебной лестнице
поднимаюсь на административный этаж, обходя хаотично натыканные
сигналки, благо способность видеть силу осталась при
мне.
Одиннадцать: запасным ключом
уборщика, традиционно спрятанным под горшком герани в коридоре,
открываю кабинет завуча, аккуратно пролезаю под очередной
сигнальной нитью.
Двенадцать: не торопясь обыскиваю
стол Залесского, пароль находится на стикере под столешницей.
Боже, храни идиотов.