Бритни несколько месяцев откладывала карманные деньги, отказывая себе в девичьих радостях, чтобы выразить ему сестринскую любовь чем-нибудь дорогим и стильным, и Артур по-настоящему ценил этот жест.
Сейчас подарок сестры был выходом из трудного положения, и парень без сомнений выделил памятную ему вещь на временное пользование Лизе.
Бережно положив рубашку на край дивана, он произнёс:
– Ваши вещи всё ещё сушатся. Если вы захотите в ванную, то наденьте это. Санузел там.
Он указал направление, добавив:
– Шпингалет справа. Если что, я всё время буду на кухне. Приготовлю что-нибудь. Надеюсь, нам с вами удастся ещё сегодня поговорить. Отдыхайте.
В ответ он услышал только всхлипывания, но ничего другого Артур пока и не ждал.
Прошло более двух часов, прежде чем девушка снова показалась ему на глаза.
За это время он успел приготовить обед, просмотреть несколько газет и журналов, и даже начать работу над своим сценарием. Однако трудился суетливо и без интереса, поскольку все его мысли были посвящены Лизе.
Он чуть не сжёг макароны, обрезал большой палец, колдуя над томатами, а также совершенно не мог понять, что хочет сказать периодика, так как видел лишь набор букв, не соответствующих той картинке, которая маячила у него в голове.
Со сценарием совсем была беда. Единственное, на что он был способен, это перелистывать то, что уже было написано, потому что упорно не видел продолжения истории. Правда, в данном случае он вряд ли мог обвинить в прокрастинации появление в своей жизни таинственной девушки, поскольку творческий кризис он часто испытывал и до неё.
Артур старательно листал туда-сюда пять с половиной страниц своей работы, украдкой подглядывая в зияющий проём арки, разделявшей кухню и комнату, пытаясь оценить состояние Лизы.
Девушка оставалась в прежнем положении тела, которое практически без перерыва сотрясалось от её тихих рыданий.
Ощутив небольшую неловкость от своих наблюдений, парень решил закончить подглядывать за ней, занявшись мытьем посуды. В голову приходили разные мысли: начиная с обычных бытовых, которые всегда его волновали, и, заканчивая более серьёзными, связанными с событиями, случившимися с ним за последние сутки. Но как только Артур зацепился за вопрос: «Сколько по времени человек может плакать без передышки?» – он почувствовал взгляд на своей спине.