Когда дверь за последним незваным гостем закрылась, Ава шумно вздохнула и впервые за все это время обратилась к Уильяму, внимательно разглядывая его, – как ей показалось,– усталое и удивленное лицо:
– Ты в порядке?
Андроид кивнул быстрее, чем Ава закончила произносить слова.. Он хотел уйти, но Кэт бросилась к нему с крепкими объятиями:
– Как хорошо, что тебя не забрали, Билли!
Обняв Уильяма за талию, девочка замерла и закрыла глаза.
Роберт и Ава посмотрели друг на друга, перевели взгляд на Кэт и застывшего на местеандроида.
– Кэт, нам пора, – смутившись, тихо сказал Роберт.
Она долго не открывала глаза и отвернулась от них, еще сильнее обнимая Уильяма. И только мягкий голос андроида вывел ее из забытья:
– Увидимся в следующий раз, Кэт?
Девочка медленно оторвалась от него и согласно кивнула.
– Да, Билли!
Роберт шепнул Аве «увидимся!», подошел к сестре, обнял ее за плечи и повел к двери.
В наступившей тишине движение механизмов было слышно особенно четко. На пороге девочка обернулась и отправила Уильяму воздушный поцелуй.
Когда за Робертом и Кэт закрылась дверь, Уильям спросил:
– Кэтрин Мор – робот?
– Часть ее тела состоит из протезов, она родилась без правой половины. Роберт сделал для неё все возможное и невозможное, чтобы она могла ходить и жить самостоятельно.
Печальные улыбки, – разные, и в то же время схожие в своей грусти, – показались на лицах Авы и Уильяма.
– Я не воровал детей, Ава Полгар.
– Я знаю.
– Откуда?
Ава не ответила.
– Они бегали под дождем очень долго. Сначала я этого не замечал, – тогда Кэтрин Мор только пришла в твой дом, и мы едва успели познакомиться. Но потом загремел гром, за окном сверкнула яркая молния… в ее свете я увидел этих человеческих детей. Они оглядывались на соседний дом, но отчего-то не смели туда пойти. Тогда я вышел, взял их за руки, и привел сюда. Сестра Роберта Мора умыла их, переодела в твои нелепые футболки, а я нагрел молока. В одной из твоих книг я читал, что детям это помогает. Сначала я об этом не помнил, но они тоже млекопитающие… наверное, молоко им помогло.
Ава засмеялась грустно и весело. Она видела, как в этой шумной толпе, якобы озабоченной судьбой детей, о них вспомнили только спустя время, и, совершенно уставших от шума и криков, грубо дернули за руки, уводя домой. А если вспомнить, что она и Роб оказались здесь не сразу, и три часа у них ушло только на дорогу… «нелепые футболки».