Был уверен я.
– Не ошибся, ты Иван. Все дороги лесные ко мне ведут.
Удивился я. Она мысли читать может. Как не удивиться?
– Не стой у порога, проходи, – приглашает женщина.
Прошёл я в её дом, поклонился, ну как это положено.
Пригласила меня хозяйка за стол, и сама села, заметив корзинку в моей руке.
– Не нужно церемоний, Иван. Вижу с гостинцем от матушки пришёл. Как моя сестрица Алёнушка поживает?
Кстати, может вам странно покажется, но у нас всех женщин, девушек и девочек Алёнушками зовут. Без исключений. Как родится девочка – сразу Алёнушка! Никаких тебе вопросов, как назвать.
Хотел я рассказать, о том, как хорошо поживает моя матушка, но только рот открыл.
– Говоришь, хорошо поживает. Это хорошо.
«Так вас не Баба Яга зовут? А… Алёнушка?» – догадался я.
– Меня зовут Баба Яга. Не многовато ли Алёнушек у вас в деревне, Иван? И Иванов – не многовато ли? Что за придурь местная детей одинаковыми именами величать?
Не задавался я прежде таким странным вопросом.
«А если у всех имена будут разные, разве всех запомнишь?» – спросил я мысленно.
– Вот в знак протеста против местной придури я и ушла в лес. Ваши Иваны вон часто ко мне захаживают, видишь какие хоромы построили – самой себе завидно. Всё пытаются Алёнушку из меня сделать и в жёны взять. Невдомёк им, что пустое это… Вижу, Иван, замужество на мне тебя не интересует.
Я головой отрицательно покачал и пальцем указательным на горло своё указал.
– Ещё бы интересовало, племянничек. Голос, говоришь, пропал и до этих пор не нашёлся.
Я опять киваю, удивляясь, как она ловко мои мысли читает.
– Обиделась я на тебя, Иван, вот голоса и лишила.
Он слов таких я даже подскочил на месте.
«Что я такого сделал, чтобы обижаться на меня?»
– Да ты не горячись. Просила я у Вселенной помощника себе на время. Я же не виновата, что это ты оказался. Ты же моих серых ребят извёл, когда зайцем был?
«Ну, я. Дак, они ж меня могли…»
Растерялся я. Ведь и прежде свою правду не шибко-то мог доказать, а тут как оправдаться?
– Волки деревенских не трогали, на скот никогда не нападали, разве не так? Они гусей-лебедей моих стерегли. А ты на них охотников натравил. А как волков не стало, лисы гусей-лебедей порешили. Чудом одного спасти успела, да и тот чёрным оказался. Так что, Иван, придётся тебе исправлять дела свои по недомыслию сделанные.