Не просто царь, Он явный профи.
Поклон земной ему всерьёз.
Из камня, мрамора, железа
Возводят память города.
И эти скромные куплеты -
Во славу первого Петра.
Подул приятный тёплый ветер…
Прошёл сквозь тучи солнца луч…
Его широкой грудью встретил,
Но и не всё, однако, тут…
Теперь слышны сердец всех стуки.
В глазах сияет вновь огонь.
Внутри природы дикой звуки
Быстрей по венам гонят кровь…
Сгущалось вот над телом небо…
Довольно! Мрак уходит прочь!
Он был зачёркнут напрочь мелом,
Его в гробу уносит ночь!
А ты… Живой, мой друг, и бодрый!
Расти, как будто чащи плющ.
Дари другим свою свободу
И разгоняй любую грусть.
Дыши попутным этим ветром,
Лови огонь в чужих глазах.
Он будто движет эту Землю
И убивает всякий страх…
Была завеса не стеной,
Была лишь зеркалом невзрачным.
Сломалось слабое стекло.
Довольно быть хоть как-то мрачным…
Взорвалось всё это стекло!
На щепки в буре разлетелось!
И ты теперь опять живой!
Всё только-только завертелось…
И как бы, друг мой, не старался,
Ты будешь вечно «тут» и «там»,
Всё это – тень иных абстракций,
Что жизнь дарует навсегда…
Сегодня тысячи людей
В тебе воздвигнуть могут солнце,
А завтра вдруг один «злодей»
Сломает всё «волшебным» словом.
Сегодня хмурый, серый день,
Лишь неудачи здесь повсюду,
И все какие-то не те,
Но завтра вдруг случится чудо…
Циклична эта череда
Сменяющихся воплощений,
Всё это, может быть, рассказ,
Который пишет мудрый гений…
Не посрамись сегодня Тьмы,
Она очистит все сомнения
И скроет лик от пустоты,
Будь осторожен с мыслью мщения…
Не посрамись и завтра Света,
Что вновь захочет всё вернуть,
Простить людей и петь куплеты,
Для них опять всю тратя суть…
Не презирай всех воплощений,
В любом из них есть явный Ты.
Коль так душа иль сердце шепчет,
Прими как явный знак Судьбы…
Всё начиналось с Пустоты,
Где нет материи и мыслей.
Откуда всё здесь может быть?
Вопрос останется открытым…
Всё начиналось с Пустоты,
И не с нуля, не с чистых строчек…
Нам это, может, не постичь.
Но не о том гласит сей почерк.
Всё начиналось с Пустоты…
И всё же что-то появилось.
Туманный берег у реки,
Где что-то, может быть, разбилось…
Сначала было слишком пусто…
Но вспыхли как-то радость, смех.
Изменит всё в секунды буйство
На грусть, тоску и всякий грех…
Все мы не ведаем начала -
Его укрыла Пустота.
Но цель возникла как и жажда -