– Эй, ты кто? Решил поселиться у нас? Сними капюшон!
Кресло продолжало раскачиваться. Есения пригляделась. На кресле сидел мужчина и что-то шептал.
– Вы кто? – спросила еще раз Есения, направляя на него фонарик и подходя ближе.
Он продолжал шептать, а затем вытянул руку, на кисти которой отсутствовал безымянный палец. Кресло раскачивалось сильнее, казалось, что оно перевернется. Есения попятилась назад. Все резко прекратилось. Никого. У нее затряслись руки и бешено заколотилось сердце. Послышался звук шагов, входную дверь кто-то открыл. Девушка убрала телефон в карман и замахнулась битой,
– Аа, стой, ай не бей! Это я. Это я Роман! – воскликнул мужчина в спортивном костюме, носках и тапках, освещая помещение мощным фонариком.
– Уф, напугали вы меня. Что вы тут делаете? – спросила она.
– Чат переполошился, говорят ты полчаса назад сюда ушла и молчишь, а датчик движения подаёт сигнал. Пришлось прервать сессию духовности и спуститься спасать тебя. Ещё и Ильнур куда-то делся, – ответил Роман и оглядел комнату.
– Да я тут…книги поднимала, уронили. Ладно я пойду, – сказала Есения и направилась к выходу.
– Жутко здесь как-то без света, подожди я тоже пойду.
Роман и Есения вышли из комнаты и закрыв её, направились к своим подъездам, которые находились друг напротив друга. Во дворе погас свет. Роман включил фонарь. Пусто.
– Какие-то перебои со светом. Надо жалобу написать, – рассуждал Роман.
Стояла тишина и уже подходя к своим подъездам Есения и Роман услышали приглушенный крик и глухие удары. Кто-то звал на помощь.
– Ты это слышишь? – спросил сосед, оглядывая двор. Но Есения уже подошла к железной двери, ведущий в подвал и открыла её. Напротив двери, с поднятой рукой, готовящейся стучаться, стоял охранник Ильнур.
– Я так рад вас видеть! – воскликнул он.
– Зачем ты там закрылся и орал? – спросила Есения.
– Оттуда доносились какие-то голоса, я зашел, а выйти не смог. Двери нигде не было…
– Как это не было? Ты стоял напротив двери и стучал в неё, – возразил Роман.
– Внутри не было двери. Я был будто в коробке и просто стучал по стене, – не сдавался Ильнур.
– Ты опять той водки выпил пока двор украшал? Куда дверь делась? Вот она, – Есения демонстративно её захлопнула.
– Я не пил! Если я пью я всегда об этом говорю. Но сегодня день трезвости.
Действительно, соседи всегда знали, когда Ильнур выпивал. Поэтому сейчас не верить ему, причин не было.