– А девчонок ты где берешь? Выглядят как фотомодели.
Продолжая листать свои снимки на экране монитора, она гордо посмотрела на меня:
– Фотомодели! Это девчонки с улицы, официантки, продавщицы или кассирши из супермаркета, зачастую совершенно задрипанные своей повседневной жизнью. Но я выбираю тех, в ком есть искра. Вот эта, например.
Она открыла снимок. Спиной к нам, но вывернув голову, пытаясь заглянуть себе за плечо, сидела девушка. Узкая белая спина, очень четко очерченная, слегка изогнутая, одно плечо закрывает подбородок и чуть приподнято, видимая часть лица уже более мягкая, слегка не в фокусе. И на этом лице, почти лишенном черт – огромные черные глаза, провалы куда-то в потусторонность, и такая тоска в этих глазах, что просто затягивает. Снимок – черно-белый.
– Девушка из сувенирной лавки в Лиссабоне. Я зашла полюбопытствовать, а тут этот взгляд. А всего-то горя оказалось – парень на дискотеку ушел с ее подружкой. А что получилось? Изгнанная Агарь. Или еще что-нибудь библейски-величественное. Или Медея, когда она еще не начала все крушить. Согласись.
Я согласился. Взял ее холеную руку и поцеловал.
– Ты мастер, Агнесс.
В нашей прежней жизни она всегда была умнее, изобретательнее, находчивее. Поначалу я даже бесился из-за того, что меня переигрывает женщина. Потом смирился. А когда мы расстались и я занялся более «прогрессивным» делом, очень гордился собой. Вот я, хитрый перец, освоил новую сферу деятельности, совсем новую, уплыл в только что открытый океан виртуальных игр, а ты, Агнесс, все там же, осталась на берегу. Даже хотелось думать, что у разбитого корыта. Но теперь мы оба пенсионеры. И что? Я сижу на своем острове, общаюсь со старичьем, с которым и поговорить-то не о чем. Ну правда, что я могу обсудить с Педру, например? Его ничто, кроме бесконечных проблем многочисленных родственников, не волнует, книги он не читает, по телику только футбол смотрит. От Великой Скуки ловлю каких-то отморозков, да и то не слишком успешно. А она болтается на своем корыте по всему миру, фотографирует встречных девчонок, превращая их лица, никому до этого не интересные, в шедевры. Инвестирует деньги в кинотеатры и еще куда-то там. Она не скучает. Агнесс, ты опять обскакала меня. Но теперь я уже не завидую, не бешусь, подпрыгивая от азарта, не дергаюсь, чтобы обойти, оказаться – или показаться самому себе – более умным, хитрым, удачливым. Теперь я просто преклоняюсь. Браво, Агнесс.