Пожалуйста, возьми трубку.
- Да, - раздался, наконец, сонный голос, и я облегченно выдохнула. – Дашка? Я сплю. Перезвони завтра, а?
- Н-нет, не клади трубку, - попросила я спешно и добавила едва слышно: - П-пожалуйста. Пожалуйста.
- Эй, что с тобой? – мигом насторожился он, а я не выдержала и заплакала снова, хотя и хотела рассказать ему обо всем и попросить приехать за мной.
- Говори! Что случилось? Не молчи. Даша!
Я закрыла рот ледяными пальцами, чтобы не было слышно моих всхлипов.
- Даш, что случилось? – уже более мягко спросил он. – Где ты? Тебя ведь нет дома, верно?
- Нет… Он… Он… Понимаешь… Я… К нему… Пошла… - мне не удавалось связать слова в цельные фразы. Было страшно и стыдно говорить о том, что произошло. Меня трясло от ужаса и отвращения.
Никто и никогда не предавал меня так.
- И? Ты была у него дома, так? Что случилось в… его квартире? – еще более мягко спросил мужской голос, а я поняла, что это обманчивая мягкость. Обманный маневр. Он пытается понять, что со мной.
- Забери меня отсюда, - глухо попросила я и вновь зажала рот и нос ладонью. Рыдания рвались из груди, разрывали ее ржавыми кошачьими когтями. А губы до сих пор жгло. И щеку. И душу.
Больно, так больно… Почему это произошло? Что я сделала не так?
- Адрес, - только и сказал он, поняв, что я сейчас не в том состоянии, чтобы что-либо говорить.
- Я не знаю… - с трудом вымолвила я, боясь, что слезы вновь возьмут вверх. - Не знаю, где я.
- Что вокруг? – не растерялся он.
- Дома… Я на пустыре между домами. Тут никого.
Дома, холод и тьма, изредка разбиваемая светом мерцающих фонарей. И дождь. Я даже не помню, как оказалась здесь. Просто бежала, не разбирая дороги.
- Иди к ближайшему из них, - велели мне. – И прочитай название улицы и номер. Поняла?
- Д-да. Только не клади трубку, - попросила я сбивчиво, не замечая, что иду по холодной луже, а порванное платье промокло насквозь.
- Не буду, - пообещал он. – Иди, девочка. Скажешь мне адрес, и я заберу тебя. Хорошо?
Раньше он никогда не называл меня так.
- Хорошо, - мой голос был едва слышен.
Он продолжал говорить мне что-то успокаивающее, и я шла вперед, к свету высоких домов. Страх медленно отступал, и я перестала оглядываться каждые две секунды. Но сердце все еще норовило вот-вот выскочить из груди.
К ближайшему дому, вытянутому к темному небу свечой, с супермаркетом на первом этаже, я подошла через пару минут. Послушно назвала адрес и встала под выступающий козырек магазина.