Одно слитное молниеносное движение. И
сразу три удара по болевым!
Сан-Саныч успевает подставить мягкую
накладку шлема, обтягивающую лоб. Но все равно падает от
сокрушительного удара и подтягивает колени к животу.
Больно…
А может быть, Пятый специально целил
в лоб, ведь я прекрасно отдавал себе отчет в том, что таким ударом,
тем более по такой траектории, можно запросто вбить осколки
носового хряща в мозг человека.
Ну и ну! Похоже, вовсе и не «ерунда»
эти топтания…
Спарринг продолжался.
Я уже откровенно глазел на бойцов, не
замечая того, что вопросы мне уже не задают, а толстяк с Ириной с
улыбкой наблюдают за моей реакцией.
Козет быстро очухался и сменил
тактику.
Часто семеня ногами, будто изображая
бег на месте, он вьюном крутился вокруг Пятого, то подпрыгивая, то
низко приседая, то отскакивая в сторону. Появились удары ногами.
Невысокие. Короткие и скользящие, до уровня колена. Руки
замелькали, как крылья мельницы.
И опять — ни одного классического
боксерского удара. Какой-то несуразный вихрь. Круговерть наскоков и
отскоков.
Сергей Владимирович тоже ускорился.
Такое ощущение, что он ловит закономерный ритм в нападении
соперника. А соперник это ритм постоянно ломает, не дает слиться с
собой. Такая иллюзия, что они оба — половинки единого целого. Взмах
— отмах, прыжок — отскок, левой-правой, левой-правой…
Завораживает. Надо отдать должное,
движения были красивыми, как танец. И смертельными. Это я тоже
постепенно начал понимать.
Вот расслабленные пальцы плеткой
хлещут по глазам — Пятый прогибается назад в пояснице, вот тычок
снизу вверх в область кадыка — противник резко отпрыгивает в
сторону и чуть-чуть вперед, пытаясь сократить дистанцию, и на этом
движении Козет его подлавливает.
Тоже прыжок вперед и вправо,
зеркально. При этом успевает зацепиться левой рукой за куртку
соперника и, продолжая крутящий момент его тела, просто подставляет
ногу.
Передняя подсечка.
Но с элементами айкидо, так как
Сан-Саныч исхитряется сильнее закрутить падение врага захватом за
шею. Опасным, надо сказать, захватом, потому что сам при падении
оказывается сверху, обрушивая вес своего тела на скручивающий
момент силы в области шеи противника. И видно, как в самый
последний миг он этот захват отпускает, приземляясь на свой
собственный локоть.
Опять больно. Ему же.