Медленно повернув голову в сторону, откуда прилетела стрела, он
сощурил глаза и выдохнул в прохладный вечерний воздух облачко пара
сквозь сжатые зубы.
— Сад Шипов, — прошептал северянин, вскинув руку.
Из пошедшего маревом воздуха перед ним мгновенно выросли длинные
ледяные копья, с умопомрачительной скоростью полетевшие в сторону
чащи, разрывая всё на своём пути. Раздались крики боли. В наездника
со всех сторон ударили стрелы, но его уже не было на прежнем
месте.
Спрыгнув, он ударил кобылу по крупу, отправив спасаться в чащу,
а сам ринулся на встречу к врагам. Из леса уже выбежала почти целая
сотня разбойников, потрясая оружием и беря в кольцо шустрого
противника. Вернее, они попытались это сделать.
Подобно лисе, попавшей в курятник, воин вгрызся в толпу врагов.
Он выхватил из-под плаща короткие топоры, замерцавшие синим светом,
и закружился в жутком танце смерти. Каждый его удар был выверен и
точен, неся смерть. Силой и скоростью он превосходил врагов точно
так же, как горный орёл превосходит курицу. И, в придачу к этому,
мужчина с демонстративной лёгкостью создавал вокруг себя ледяные
мечи и пики, что пронзали противников как горячий нож масло. У
разбойников не было и тени шанса, не начни их главари сражаться
всерьез, и вскоре они это поняли.
— Сразись со мной! — прорычал здоровяк, воинственно раскручивая
над головой молот, мерцающий тревожным алым светом. — Дрожь
земли!
С натужным хэканьем он обрушил свой огромный молот на землю, и
та зазмеилась трещинами, устремившимися в сторону северянина, от
которого заблаговременно отпрянули лесные братья, как псы бегут от
волка. Стремительно расширяясь, трещина превратилась в расщелину, и
подобно голодной пасти была готова сомкнуться над северянином,
смолов в труху.
Воин неожиданно высоко подпрыгнул, и, создав в воздухе ледяную
дорожку, грациозно проскользил по ней десяток метров в сторону от
ловушки, приготовленной для него здоровяком с молотом. Ловко
спрыгнув на голову очередному неудачнику, раздробив тому череп
своими тяжелыми сапогами, северянин бросился прямиком к
молотобойцу, но ему заступили путь трое.
— Ударим вместе! — закричал одноглазый мужчина с лысоватой
головой. — Вдох Дракона!
Вскинув вверх саблю, будто салютую врагу, он вложил в свою
технику столько энергии тела, сколько та могла выдержать. Оружие
засверкало золотым огнём, и тогда одноглазый нанёс быстрый секущий
удар, отправив во врага горизонтальную полосу пламени, выжигая
лёд.