В приемную быстро вошел один из командармов, которых я видел
перед совещанием. Ему и бегать не надо, с таким-то ростом.
Наверное, повыше меня чуть не на голову, а я по жизни если не
правофланговым был, то близко к этому.
— Никого нет? Доложите, я там планшет свой забыл.
А здоровья в товарище генерале не особо много. Бледный, на лбу
пот крупными каплями, одышечка.
— Вышел он, скоро вернется, — сообщил Витя. — Без него никак не
можно...
— Ну мне нельзя, так сам зайди. Возле окна, на спинке стула
висит. Давай, времени нет совершенно! Не стойте, садитесь. Чаёк у
вас? А налей и мне, замотался совсем уже.
Генерал выхлебал кружку кипятка, закусывая сушками. И вправду
спешил, видать. Но поблагодарить не забыл. Встал, забрал свой
планшет, и ушел.
— Это кто хоть был? — спросил я у Масюка.
— Так Рокоссовский. Он перед войной, — тихо, чтобы никто не
слышал, рассказывал Аркадий, — сидел года два. Но потом оправдали,
в звании восстановили. А под Москвой ранили его, тяжело, вот недели
две как из госпиталя. Вишь, не до конца долечился еще, а на службу
подался.
***
Домой я пошел пешком. Тут идти... Рассказывать больше. Пропуск у
меня есть, пистолет — тоже. А вечером после службы очень даже
полезно ноги размять. Особенно если целый день не физподготовкой
занимался, а задницу своим весом давил. Так что полчаса от силы тут
шагать. Главное, не по проезжей части, а то вот так задумаешься, и
чья-нибудь машина тебя по асфальту размажет. Светомаскировка ведь.
А к передвижению без уличного освещения я привычный.
Патрули, однако, центр города шерстят знатно. Один на Арбате
попался, второй — когда на Чайковского повернул. Хорошо, что
пропуск у меня такой, что ни у кого даже намека на вопрос
возникнуть не может. А потом уже меня никто не беспокоил. Небо
ясное, облаков почти не было, и я под лунным светом тихонечко шел,
обдумывая завтрашний день. Первое задание, как-никак. Поехать под
Ржев, посмотреть на одно место. Считай, прогулочка на целый день —
пока туда, пока назад, да на месте еще неведомо сколько... Ладно, с
чего-то надо начинать.
За этими думками я прошляпил свой поворот с Чайковского, но
возвращаться не стал, пошел к Малому Конюшковскому переулку. Там и
крюк совсем маленький получится, пара десятков метров, не
больше.
— Слышь, дядя, закурить не найдется?