Резко отворачиваюсь от зеркала, достаю из сумки телефон и, чтобы отвлечься, бегло просматриваю почту. Ничего интересного.
Немного послонявшись по комнате, прикидываю, стоит ли переодеться перед процедурой знакомства, но в итоге решаю, что сыночек Татьяны этого не стоит, и спускаюсь вниз, в чем была, едва заслышав шум подъезжающей машины.
Внизу я застаю отца с Татьяной, они нежно целуются, и мне приходится нацепить сладенькую улыбочку, чтобы замаскировать явное отторжение этой картиной.
– Привет, пап, – машу ему рукой.
– Ты уже здесь, – приблизившись, он целует меня в щеку. Татьяна зачем-то гладит меня по плечу, но я никак на это не реагирую, словно ее вообще здесь нет.
– Неля, ты такая красивая, – с какой-то стати произносит она, кажется, вполне искренне, хотя черт ее знает…
– Спасибо, – вернуть ей ответный комплимент у меня язык не поворачивается, хотя, надо сказать, сегодня Татьяна тоже выглядит несколько лучше обычного. На ней дорогое темно-синее платье, не слишком выгодно облегающее плотную фигуру, а волосы аккуратно завиты, ничего похожего на ее любимый небрежный пучок. Сына она действительно очень ждет и наверняка хочет произвести впечатление сокрушительными переменами в своей жизни. А может, все-таки догадывается, что рядом с моим отцом должна находиться достойная женщина…
В этом месте я, слегка устыдившись, ухожу в дом.
Я сижу в одном из мягких кресел гостиной, положив ногу на ногу и вертя в ладони безжизненный телефон. Папа с Татьяной находятся тут же, работает телевизор, и они притворяются, что смотрят его, даже обсуждают между собой глупую политическую передачу. Татьяна делает вид, что разбирается в политике, выглядит это нелепо. Я перевожу взгляд с накрытого стола на свой телефон и томлюсь, вечер летит к чертям, а между тем коварная Акулина уже выложила первую сториз, которую я просмотрела очень быстро и, само собой, позавидовала удачливой подружке.
Какая же здесь тоска…
Раздается звонок домофона, и Татьяна срывается с места, обгоняя экономку Варвару. Отец тоже встает и, помешкав, направляется следом за супругой. А я усмехаюсь: волнуется. Будто у него есть для этого повод. И тут же хмурюсь, заметив вдруг, как мои пальцы смыкаются на подлокотниках кресла. Я что, тоже?.. Да что за черт! Плевать мне на этого неизвестного братика, подобные вещи никогда не вводили меня в ступор…