Жаль рот пересох, плюнуть в него нечем.
Уже в дверях Шибай обернулся.
- Кормить и поить тебя я запретил. Чтоб кол не изгадил, сам
понимаешь, ты у меня не один.
После таких заяв есть и не хочется, да и подташнивает меня
чего-то. А вот пару литров кваску холодного я, пожалуй, сейчас
высадил бы.
Вот интересно: почему именно утром? Желает, чтоб я как следует
промариновался или на самом деле некогда? Если выбирать, то
конечно, завтра утром предпочтительнее, чем сегодня вечером.
Впереди остаток дня и долгая ночь жизни.
- Сука! Сука! Сука! - каждый свой выкрик я сопроводил увесистым
ударом лба в утоптанный до состояния камня земляной пол. - Ну
почему так?!
Эй, там, наверху! Ну зачем было меня сюда запихивать? А? Дали бы
по-человечески сдохнуть в тачке на дне речном! Что за выкрутасы? Мы
с Сашкой хуже других что ли? Нафиг он такой второй шанс сдался!
Околеть в итоге на позорной палке та еще радость.
Не чувствуя боли от намеренной встречи с грунтом, в отчаянии и
злости заскрежетал зубами с такой силой, что дотянись я до своих
веревок - перекусил бы в одну секунду как садовым секвтором. Снова
представил свою унизительную позу на грядущей казне и выдал звук, в
сравнении с которым рычание амурского тигра просто милое
мяуканье.
Не особо грела иллюзорная перспектива после мучительной смерти
оказаться дома, в своем времени. Может эта чертова аномалия, в
которую мы с Роком угодили, именно так и срабатывает: убился и
шасть в другое время? Вот только в какое? Может так и будет швырять
по эпохам вплоть до мамонтов и динозавров?
Мысли вдруг перескочили на Рыкуя и Шепета, калек не только в
плане физическом, но, как оказалось, еще и в нравственном. Первый
поднес мне ядовитого пойла, а второй, скорее всего, открыл Шибаевой
кодле доступ в усадьбу. Побудительные причины их поступка,
устремившего меня на встречу с обмазанным жиром колом, волновали
меньше всего. Сам виноват, слишком им доверился. Недаром говорят,
что самые неприступные крепости берутся изнутри. Изменник -
универсальный ключ в умелых руках. Понятно, что сразу все не могут
быть предателями, кто-то из братвы серьезно отбивался. Шибай сказал
я у него не один, значит, не всех перебили, томятся еще по темным
углам мои боевые соратники в ожидании страшной расправы.
Эх, мне б ствол какой, да патронов обоймы три... Нет, сначала
руки с ногами освободить, а потом ствол.