Но о её будущем я пока не думал – будет август, пора возвращения
в родные пенаты, будет и пища для размышлений. Может, вообще ни о
чем думать не надо будет, а Нина за оставшееся время всё-таки
найдет себе хорошего москвича и даже выйдет за него замуж. Ну а я
прослежу, чтобы этот москвич и в самом деле был хорошим и вёл себя
разумно.
В дверь позвонили, и мне пришлось сворачивать наш разговор –
даже попрощаться толком не удалось. Правда, про гитару Нина мне
напомнила – заставила пообещать, что я не заброшу инструмент и не
дам ему простаивать. Ну и номер взяла – не звонить постоянно, а на
всякий случай.
Я положил трубку, прошел в прихожую и открыл дверь. Там стоял
полковник Чепак в форменной шинели, с висящей на поясе кобурой и
бутылкой коньяка в руках.
– Добрый вечер, Трофим Павлович, – вежливо сказал я. – В
гости?
– В гости, Виктор, в гости, – подтвердил он худшие мои
подозрения. – Надеюсь, закуска найдется?
И он выразительно помахал бутылкой.
[1] Высоцкого из «Земли Санникова» убрали в последний момент и
по странной причине – якобы его песни прозвучали на «Немецкой
волне»; надо понимать, что он не сам их пел, слетав на выходные в
Западный Берлин, это были записи, которые по СССР ходили
бесконтрольно и на Запад утекали регулярно. Скорее всего, дело было
в каких-то внутренних интригах, так что роль, которую в «Земле...»
предназначали Высоцкому, сыграл Олег Даль. Кстати, злоключения
фильма на этом не закончились – уже в процессе съемок случилась
актерская забастовка: Даль, Шакуров, Вицин и Дворжецкий требовали
поменять режиссеров на нормальных. Никого не поменяли, а самого
настойчивого забастовщика – Шакурова – вообще уволили, поменяв на
Юрия Назарова.
[2] Герой напрасно празднует, слово «заморачиваться» есть в
словаре Даля – в значении «обременять себя чем-либо, озадачиваться,
озабочиваться или переживать по поводу какой-либо ситуации».
Происходит это слово от древнего существительного «морока»,
значение которого и так понятно. Впрочем, активно его начали
использовать в современном смысле где-то в 90-е.
– Гитара? Не знал, что ты увлекаешься, – слегка удивленно
произнес Чепак.
Закуска у меня, разумеется, была, хотя и не того класса, который
нам предлагали на банкете. Но я рассудил, что после выпитого и
съеденного там полковник не будет придираться к обычной вареной
колбасе и вполне неплохим соленым огурцам, которые я купил на
местном рынке. Ну а хлеб – он и в Сумах хлеб, всему голова. Но
Чепак углядел отставленную перед разговором с Ниной гитару – и
заинтересовался. Впрочем, на гитару обычно все реагировали
одинаково.