– Ты в порядке? – спросила Света обеспокоенно.
Марина покосилась на нее, натянула вполне искреннюю улыбку.
– Просто немного устала.
Они прошли в кухню. Здесь обычно заправлял Алексей, который нередко сидел без работы. Вот и теперь их ждал накрытый стол с вкусно пахнущими мясом, картошкой и жирно политым майонезом салатом.
– Ты сегодня расстарался, не стоило, – улыбнулась мужу Света.
Марина же ее замечание встретила вяло. Что-то неприятное продолжало зудеть где-то в районе желудка, и потому девушка предпочла со слабой улыбкой отметить:
– Мне, наверное, лучше прилечь.
Слова о том, что ей пора было задуматься о ночлеге совсем не шли на язык. Только пересекались взгляды сестер, вся решимость Марины улетучивалась. Что она скажет? Как объяснит?
– Ты, вроде бы, хорошо переносила дорогу, – удивилась Света, но ничего больше не добавила, поманила сестру за собой.
Они прошли по коридору, зашли в одну из комнат: самую маленькую, в которую вмешались лишь небольшая кровать, платяной шкаф и прикроватная тумбочка.
– Мы хотим использовать эту комнату, как детскую, – щебетала тем временем сестра. – Но пока решили оставить ее для гостей. Здесь не так уютно, как в других, но для отдыха и сна в самый раз.
Марина вяло улыбнулась и кивнула. Света вышла, позволив прикрыть за собой дверь. И тогда Марине бросилась в глаза щеколда, которую она не преминула сразу же закрыть.
«Для начала подойдет, – вздохнула девушка. – Но позже придется что-нибудь придумать».
Марина вышла из комнаты лишь через несколько часов. В других комнатах уже не виднелся свет, вокруг царствовала тишина, перебиваемая лишь приметным гулом холодильника. Похоже, другие жильцы отправились спать. Марина тоже не стала долго задерживаться и вскоре уже нежилась в постели. И если прежде сон не шел, то эта недолгая вылазка будто выключила какой-то работающий на самый максимум тумблер, и девушка быстро уснула.
Сны были беспокойными, мелькали какими-то абсолютно несвязанными картинкам, не позволяя облегченно вздохнуть ни на мгновение. То кто-то гнался за ней, то она кого-то преследовала, то перед глазами мелькало чье-то мертвое тело.
Сбросить все эти наваждения удалось лишь к утру, когда в окне уже во всю властвовало голубое небо, а из приоткрытого окна вырывался гул машин. Марина выбралась из образовавшегося за ночь кокона одеяла, потянулась. Неприятный ком спал, но выходить из комнаты совсем не хотелось. Вдруг он там будет один. И что тогда ей делать? Снова бежать в комнату под ранее выдуманным предлогом? А если сестра уже отправилась на работу?