Вежливо и учтиво распрощавшись с гостями очередного светского раута, он шёл ровной спокойной и уверенной походкой к своему серебристому глайдеру. В свете звёзд и ночных фонарей, мягкой тротуарной подсветки его высокая худощавая фигура, элегантный фрак и цилиндр, ровная, может быть, даже расслабленная поступь, легко и свободно вдоль тела свисавшие уверенные красивые руки, – всё это делало его ещё более загадочным и таинственным, чем он и так являлся в умах и представлениях знакомых с ним фелиспатов.
– Кто Вы, Мистер Риддл? – спросила она мысленно в очередной раз, пожелав ему, такому любимому, силы и величия. Она продолжала смотреть ему вслед. Он подходил к глайдеру, спокойно садился в него…
Риддл. Имя, которое отзывалось в её мыслях и сердце эхом. Она любила его или лишь идею о нём? Мистер Риддл был живым парадоксом, загадкой, стоящей между реальностями. Как и она, он был не тем, кем казался. Леди Элиана чувствовала в нём нечто большее, чем просто аристократическую утончённость и холодный расчёт. Он знал. Он понимал. Но знал ли он, насколько близка она к нему? Между тем, усевшись в глайдер, (Aero-glis – персональные и общественные транспортные средства, использующие гравиолетическое поле, которое создаётся с помощью особых сплавов, разработанных фелиспатами. Эти машины не касаются поверхности и могут зависать в воздухе), он бесшумно растворился в свете фонарей и улиц ночного Ноктариона.
***
… Застывший Хосе сидел в странной позе в водительском кресле, голова его была неестественным образом развёрнута в сторону водительской двери. Он смотрел на Лусию остановившимися выпученными глазами, зрачки были расширены. На лице застыла гримаса ужаса и боли. Он не был жив. На вздувшейся шее висел окровавленный жгут. В состоянии шока Лусия услышала «Мяу, мяу-мяу…» – из открытой клетки внутри темноты кабины авто на неё смотрели четыре ярко отражающих фонарный свет глаза. Две кошки тут же выскочили из клетки, ещё раз посмотрели на Лусию и, обделив вниманием застывшего Хосе, выскочили из кабины автомобиля через открытое окно в пассажирской двери… Лусию охватил ужас. Она обхватила себя за горло и в ночной тишине раздался крик, полный отчаяния и сумасшествия…
***
– Ооо, Леди Элиана, сегодня Вы изумительно величественны, Ваши редкие явления среди почтенной публики добавляют ещё больше красоты вашему сногсшибательному блеску…, – она услышала этот голос… голос Лорда Валькзиора.