Когда стемнело, к нему действительно подошли. Один из охотников,
что привели Крила к руководчику, Острым его звали, махнул рукой,
приглашая к костру. Там уже собрались все, кто должен отправиться в
ночь за добычей. Встали кругом в несколько рядов.
Белый кинул в огонь кусок мяса на кости – остаток прошлой охоты.
Задобрил кого-то из своих, неизвестных еще Крилу духов.
– Сегодня пойдем с новым человеком.
Кто-то подтолкнул чужака в спину, выталкивая на всеобщее
обозрение.
– Оружие у него доброе, большелодочники известные мастера по
этой части. И рука, я думаю, твердая.
– Как звать? – спросил кто-то из задних рядов.
– Имя у него свое, – старик опередил Крила с ответом, – но нам
оно без надобности. Дело покажет, как будем называть.
И когда уже двинулись прочь от огня, выстраиваясь в длинную
цепочку, Белый тихо окликнул новичка:
– Держись рядом. Не хочу, чтобы в сутолоке потерялся. Ищи потом
по лесу твое тело.
– Если уж до того дойдет, то не надо искать. С телом лес
справится, без вашей помощи.
– Дурак. Причиндалы твои мне жалко! – он посмотрел на ножи и
болтающийся за спиной Крила арбалет. – Ты не смотри, что мы такие
добрые. Накормили, оружие вернули… Если б не был я уверен, что
деваться тебе некуда, ничего бы не отдали. Самим пригодится. Прав
или не прав?
Во тьме, да еще среди зарослей, трудно было сказать, что там во
взгляде у молодого парня. Но Белый, видимо, разглядел то, что ему
было надо.
– Вижу, что прав.
Лес, пришедший на развалины города много лет назад, разросшийся
вширь и ввысь, скрывший многое из того, что напоминало о
цивилизации, недружелюбно зашумел.
По дороге Белый объяснял, что раньше на охоту ходили неделями, а
то и месяцами. Но нынешним летом большая стая нелюдей сама пришла с
востока и остановилась рядом – “за вокзалом”, как сказали искатели,
которые ее выслеживали. От вокзала прямой линией, до реки, тянулись
заросли секвохи. По зарослям стая и пойдет, другой дороги им нет. И
до того места, где их можно будет перехватить, охотникам топать
всего ничего, пара тысяч шагов.
– Видел Конопатую? – спросил Белый.
– Которая мне суп принесла? Ну.
– Зимой она встретит свой шестнадцатый снег, отдадим тебе в
жены. Если заслужишь, конечно. И если Говорящий с небом
разрешит.
– А может не разрешить?
– Может. Но когда свежая кровь – вряд ли. Какие тут препятствия?
Лишь бы она готова была.