Когда они почти подошли к небольшому
скверу близ реки Лиммат, которая несла свои воды из Цюрихского
озера, прячась за старинными домами, стоящими на самой набережной,
в кармане как-то странно звякнул телефон. Он вынул трубку,
продолжая присматривать за собакой, не глядя нажал на иконку с
зеленой трубочкой, сказал: «Хеллоу», но - никакого ответа не
последовало. Равнодушно сунув смартфон обратно в карман, Ефим пошел
дальше за собакой, которая, добежав до долгожданной травы, стала
вертеться и, в конце концов примостилась, высунув язык от
усердия.
Ефиму и самом не помешало бы
облегчится, он ведь так и вышел с полным мочевым пузырем. Фима даже
осмотрелся по сторонам, но не решился - на сквер выходили окна
домов, да и редкие в этот утренний час прохожие могли увидеть.
Когда собака закончила и с улыбкой посмотрела на него, он вытащил
из пакета все, что необходимо и сгреб новоявленную кучку в
полиэтиленовый пакетик.
Ну вот, теперь можно было с чистой
совестью возвращаться домой и там самому наконец сходить в туалет,
как это и полагалось приличному европейцу.
- Симка, домой, - скомандовал он
по-русски. По-немецки собака не понимала, хотя вообще они могли
общаться без слов - одними глазами.
Выйдя на утреннюю прогулку примерно
на полтора часа раньше, чем выходили обычно, Симка, сделав свои
дела, тем не менее захотел сделать их обычный кружок по району,
пройдя под мостом, потом налево, еще раз налево и домой к его
мискам и коврику. Он уже успела привыкнуть к этому маршруту.
Раньше, в Москве они гуляли по более длинным маршрутам, но здесь, в
исторической части Цюриха, было тесновато, много машин. До и сама
собака уже немолода, хотя променад по-прежнему любила.
Ефим вытащил поводок, нацепил его на
ошейник, и они приготовились перейти совершенно пустую улицу, на
которой, пока хозяин с собакой гуляли, появилась только одна
единственная машина, черный «Мерседес» с затемненными окнами. У
авто горели габаритные огни, внутри кто-то явно находился, но Фима
совершенно не обратил внимания на это обстоятельство и спокойно
шагнул на проезжую часть, вслед за семенящей впереди собакой на
поводке. И тут он услышал, как в тридцати метрах справа взревел
мотор и по брусчатке зашуршали шины, «Мерседес» с пробуксовкой
рванул вперед.
Остатки утреннего сна мгновенно
улетучились. Сердце замерло и потом стукнуло с утроенной силой.
Ефим рванул вперед за собакой, схватил ее и что есть силы, как
кенгуру скакнул вперед, он даже ничего не успел подумать, сделал
это повинуясь то ли инстинкту, то ли интуиции. Тут же почувствовал,
как сзади ударило порывом ветра и раздался визг тормозов.