— Кто? — я нахмурилась.
— Аштар, княжич Рокка, — пояснил виконт.
— Сын, что ли?! — я от удивления вскрикнула и вскочила на
ноги.
— Ну да, сын твоего жениха. Семнадцатый вроде бы. Чистокровный
демон, потому изучение магической защиты для него обязательно. Но
по твоему виду предполагаю, что ты вообще не знала, что он у нас
учится.
Действительно, не знала. Но теперь стало понятнее, почему меня
отправили именно сюда и не оставили княжескую охрану. Тут сынок
собственной персоной находится — он и приглядит, и пошпионит для
отца. О такой мелочи меня оповестить забыли. Но кто я такая, чтобы
мне докладывать?
— О, впишите лучше садоводство, господин директор, — опомнилась
я. — Только сейчас увидела, что и такой урок есть. Садоводство —
это очень интересно! Ну ее, защиту эту боевую, скукота.
Дастерс вздернул бровь, да так со вздернутой и остался, когда я
уходила.
Мне каким-то неведомым образом здесь нравилось все сильнее и
сильнее. И тем же самым, чем вначале пугало — неизвестностью. Тут
всё незнакомое, люди в коридоре не смотрят с жалостью,
пренебрежением или раболепием — они вообще не смотрят на меня,
поскольку я для них пока пустое место. Захочу — им и останусь.
Захочу — вырасту во что-то, чем раньше не имела возможности
побывать. Но состояние необъяснимой радости смешивалось с
напряжением, я никак не могла определиться с поведением. Стоит ли
опустить взгляд в пол или, наоборот, необходимо поднять подбородок
и шагать вперед княжной, а в будущем — великой княгиней Седьмой
Окраины?
Все студенты имели комнаты в общежитии — здании гигантских
размеров в несколько длинных этажей. И я снова растерялась, как
реагировать, когда какую-то девушку выгнали с вещами из спальни,
чтобы по распоряжению директора меня заселить именно сюда. Нет,
ничего страшного с ней не произошло, ей просто определили другое
место, но я недоумевала, зачем так нагнетать раздражение вокруг
моего появления в университете?
Выяснила я причину столь странной рокировки достаточно быстро —
стоило только познакомиться с соседкой по комнате. Очевидно, что
директор сразу решил: мы с Маритой легко найдем общий язык и
поддержим друг друга, ведь нас объединяет общее счастье, — по его
версии. Но нас объединяло общее горе, — по нашей с Маритой версии,
к которой мы пришли через пять минут знакомства.