– Круто это когда тебе не нужно оправдываться за свой выбор, – говорил он, поправляя манжет, затянутый на запястье ремешком от старых часов.
Его одежда стала частью философии жизни. Пока другие поправляли галстуки, он уже заключал сделки. Ни тесный воротник, ни давящий ремень не отвлекали его от дел. Он делал деньги. Просто делал деньги.
В приёмной Пола, где стены мерцали голографическими диаграммами, а воздух был наполнен ароматом технологических инноваций, сидели двое. Марк, французский аристократ с седеющими висками и тростью из старинного серебра, и Томас, немецкий финансист в костюме от дорогого портного. Они ёрзали на диване из переработанного пластика, словно аристократы на табуретке из гаража.
– Этот человек выглядит как хипстер из кофейни, а не как глава хедж-фонда, – процедил Марк, нервно вращая трость между пальцами. – Где его галстук? Где хотя бы намёк на серьёзность?
– Вчера его фонд принёс семь процентов за сутки, – заметил Томас, поправляя часы стоимостью с небольшой самолёт. – Пока мы спорили о дресс-коде, он зарабатывал нам состояние.
Внезапно дверь открылась. Пол вошёл в чёрной футболке с провокационной надписью: «Деньги не воздух, но попробуй, выживи без них!», держа стакан зелёного чая. Его взгляд излучал уверенность, а в глазах плясали озорные искорки.
– Серьёзность – это когда вы доверяете алгоритму, а не куску шёлка на шее, – ухмыльнулся он, словно прочитав мысли Марка. – Кстати, ваш винный фонд, Марк, только что потерял два процента. Хотите спасти своё бургундское – продавайте.
Марк побледнел, хватаясь за трость. Томас достал телефон, пряча усмешку.
– Пол, ваш фонд показал восемьдесят пять процентов доходности, – произнёс Марк, оглядывая голые стены. – Но ваши методы… это же чистой воды казино, а не финансы.
Пол рассмеялся, запуская голограмму с данными.
– Гарантии? Вы пришли не на банкет, а в лабораторию, – сказал он, указывая на мерцающие графики. – Вот ваши страховки – двенадцать миллионов транзакций в секунду. Ваш страх и жадность – наш алгоритм уже купил их… пока вы завязывали галстук.
– Мы слышали, ваш ИИ сливал наши акции, чтобы купить бразильский крипто-мусор, – возмутился Томас. – Это не инвестиции, а саботаж!
Пол встал, прищурив глаза. На экранах заплясали изображения угольных карьеров и нефтяных вышек.